[1] Бог, по милости Своей, поручил нам эту службу, и поэтому мы не отчаиваемся.
[2] Напротив, мы отвергли все тайные и постыдные дела, не занимаемся плутовством, не извращаем послание Божье. Открыто провозглашая истину, мы показываем людям, кто мы есть на самом деле перед Богом.
[3] И если Благая Весть, которую мы проповедуем, скрыта под пеленой, то только для тех, кто находится на пути к погибели.
[4] Притупились умы неверующих по воле бога этого мира, и они не видят света Благовестия — слова о божественном величии Христа, Который является образом Бога.
[5] Мы проповедуем не о себе, а о том, что Иисус Христос — Господь и что мы лишь ваши слуги для Иисуса.
[6] Бог однажды сказал: «Из тьмы воссияет свет». Это Тот Самый Бог, Чей свет воссиял в наших сердцах, чтобы мы познали славу Божью, сияющую в лице Иисуса Христа.
[7] Мы, кому принадлежит сокровище, всего лишь глиняные сосуды, в которых хранится это сокровище. Всё это сказано для того, чтобы показать, что удивительная сила принадлежит Богу, а не нам.
[8] Нас часто притесняют, но мы не повержены. Иногда мы впадаем в сомнение, но никогда не поддаёмся отчаянию.
[9] Нас преследуют, но Бог не покидает нас. Временами мы испытываем страдания, но не гибнем.
[10] Своими телами мы постоянно испытываем смерть Иисуса, чтобы и жизнь Его тоже проявлялась в наших телах.
[11] Нас, тех, кто жив, предают всегда смерти во имя Иисуса, чтобы Его жизнь проявилась через нашу смертную плоть.
[12] И, таким образом, смерть действует в нас, а жизнь — в вас.
[13] Но, так как у всех нас одна и та же вера, о которой сказано в Писаниях: «Я поверил и потому заговорил», мы также верим, а потому говорим.
[14] Мы знаем, что Бог, воскресивший Господа Иисуса, воскресит нас так же, как и Иисуса, и мы предстанем вместе с вами перед Ним.
[15] Всё это ради вас, ради того, чтобы благодать Божья изливалась на множество людей и приносила ещё больше благодарности и славы Богу.
[16] Так не отчаивайтесь! Если даже наша плоть стареет и слабеет, то дух ежедневно обновляется.
[17] Ведь наше кратковременное страдание приносит нам вечную славу, которая безмерно превышает страдание.
[18] Поэтому мы думаем не о том, что видимо, а о том, что невидимо, так как то, что видимо — преходяще, то же, что невидимо — вечно.